Глава 6
Страница 3

– Что за высказывание?

– Это ответ кому-то, кто спросил его незадолго до смерти, чему его научила жизнь.

Брунетти знал, чего от него ждут. Он выполнил это.

– Что же он ответил?

– «Быть добрым, и еще раз добрым, и еще раз добрым», – сказала она по-английски.

Брунетти не смог преодолеть искушения.

– С запятыми или без?

Она метнула на него угрюмый взгляд. Очевидно, неподходящий день для шуток, особенно о Мастере. Пытаясь выползти из-под тяжести этого взгляда, он сказал:

– Довольно странная цитата для начала литературного семинара.

Она взвесила, считать ли его замечание относительно запятых еще актуальным или уже пора перейти к следующему. К счастью, если учесть, что он хотел сегодня поужинать, она склонилась к последнему.

– Мы переходим завтра к Уитмену и Дикинсон, и я надеюсь, что это поможет мне утихомирить кое-кого из самых несносных студентов.

– IIpiccolomarchesino? – спросил он, имея в виду Витторио, наследника маркиза Франческо Брусколи. Витторио, кажется, выставили из университетов Болоньи, Падуи и Феррары, и полгода назад он осел в CaFoscari, пытаясь получить степень по английской филологии, не потому, что питал интерес или любовь к литературе – да и ко всему, что имело общность с письменным словом, – но просто потому, что вырастившие его английские няньки научили его беглому владению этим языком.

– Этакий юный свинтус с грязными мыслями, – сказала Паола с горячностью. – Испорченный до мозга костей.

– Что он еще наделал?

– Ой, Гвидо, дело не в том, что он делает, а в том, что он говорит и как он это говорит. Коммунисты, аборты, геи. Стоит выплыть любой из этих тем, и он их тут же покрывает своей слизью, говорит, что великолепно, что в Европе рухнул коммунизм, что аборты – грех против Бога, а геи… – она повела рукой в сторону окна, как будто искала понимания у крыш. – Господи, он думает, что их всех надо выловить и сунуть в концентрационные лагеря, а всех зараженных СПИДом уничтожить. Бывает, что хочется ему врезать, – сказала она, снова взмахнув рукой, но, однако, без прежней воодушевленности.

– Как только подобные темы всплывают на литературных семинарах, Паола?

– Это случается редко, – признала она. – Но я слышала о его выходках и от других преподавателей. – Она повернулась к Брунетти и спросила: – Ты ведь его не знаешь?

– Нет, зато знаю его отца.

– И каков он?

– В изрядной степени такой же. Очаровательный, богатый, красивый. И абсолютно порочный.

– Вот это в нем и опасно. Он красив и очень богат, и многие студенты готовы убить, лишь бы их увидели с маркизом, пусть и таким говнюком. Так что они подражают ему и повторяют его суждения.

– А почему сейчас ты так из-за него беспокоишься?

– Потому что завтра я перехожу к Уитмену и Дикинсон, говорю тебе.

Брунетти знал, что это поэты; первого читал – не понравилось, Дикинсон счел трудной, но, когда въехал, изумительной. Он покачал головой, требуя пояснений.

– Уитмен был гомосексуален, и Дикинсон, возможно, тоже.

– А это маркизик считает неподобающим?

– Чтобы не сказать больше, – ответила Паола. – Вот поэтому я и хотела начать с такой цитаты.

– Думаешь, это что-нибудь изменит?

– Нет, вероятно, нет, – согласилась она, сев на стул и начав приводить в порядок стол.

Брунетти сидел в кресле у стены, вытянув перед собой ноги. Паола продолжала закрывать книги и складывать журналы в аккуратные стопки.

– Я хлебнул того же сегодня, – сказал он. Она прекратила уборку и посмотрела на него.

– Ты о чем?

– Кое-кто не любит гомосексуалов, – он помолчал и добавил: – Патта.

Паола на миг закрыла глаза, потом спросила:

– К чему бы это?

– Помнишь Бретт Линч?

– Американку? Которая в Китае?

– Да – первое, нет – второе. Она вернулась. Я сегодня видел ее в больнице.

– В чем дело? – спросила Паола с настоящим участием, ее руки вдруг замерли на книгах.

– Кто-то избил ее. Ну, два мужика на самом деле. Они явились к ней в квартиру в воскресенье, сказали, что по делу, а когда она их впустила, стали ее бить.

– Насколько серьезно она пострадала?

– Не настолько, насколько могла, слава богу.

– Что это значит, Гвидо?

– У нее трещина в челюсти, несколько сломанных ребер и глубоких царапин.

– Если ты думаешь, что это не так плохо, то страшно представить, что могло быть, – сказала Паола, потом спросила: – Кто это сделал? Почему?

– Может, это имеет отношение к музею, но может быть связано с тем, что мои американские коллеги упорно называют «стилем жизни».

– Ты имеешь в виду ее лесбийскую связь?

– Да.

– Но это безумие.

– Согласен. Однако, что есть, то есть.

– Неужели и здесь начинается? – Очевидно, вопрос был риторический. – Я думала, такое случается только в Америке.

– Прогресс, моя дорогая.

– Но почему ты считаешь, что причина может быть в этом?

– Она сказала, что те люди знали про нее и синьору Петрелли.

Страницы: 1 2 3 4

Смотрите также

Законы ландшафтного дизайна
Эта глава поможет вам правильно сориентироваться на вашем участке, расскажет, какими правилами необходимо руководствоваться, чтобы участок не заполнился хаотично разбросанными предметами, не тольк ...

Стили водных сооружений
Независимо от того, какой вид примет ваше водное сооружение, будь это тихий маленький ручеек, спрятавшийся в зарослях декоративных растений, или большой водопад, поражающий гостей своим великолепие ...

Решение
Решение — это результат мыслительной деятельности человека, приводящий к какому-либо выводу или к необходимым действиям. Ре­шение может приниматься человеком в трех основных системах: техн ...