Первые друзья
Страница 2

В комсомол меня приняли три или четыре месяца тому назад, во время обучения в пехотном училище.

Никогда никаких поручений по общественной работе мне никто не давал. А тут сразу, нежданно. негаданно, на меня свалилась такая ответственность. Мне очень понравилось быть комсомольским начальником. До этого времени мне никем не приходилось руководить. С чувством гордости радостно отвечаю: «Есть!»

— В вашей роте два бойца не состоят в комсомоле, Гуляев и Петров. Надо поработать с ними, то есть растолковать значение комсомола, и вовлечь их в наши ряды. Действуй!

— Есть! Постараюсь как можно скорее их вовлечь,

Так началась моя политическая работа в роте. Позже, вспоминая об этой «работе», остается только поражаться примитивности своих действий. Ну, а чего же можно было бы ожидать от семнадцатилетнего паренька? Впрочем, читатель и сам убедится в этом.

С Петровым проблем почти не было. Ходил за ним, по пятам и, все время уговаривал вступить в комсомол. Наконец он не выдержал и, в сердцах, сказал: «Надоел ты мне! Записывай!»

А вот Гуляев оказался орешком покрепче. Никак не удавалось его вовлечь. Уж и объяснял ему, что не мне это надо, от меня требуют. Ни в какую! Извелся весь!

На мой вопрос, почему он не хочет вступать в комсомол — Гуляев издавал какие — то нечленораздельные звуки, похожие на мычание, или заявлял, что ему бабушка не разрешает.

Комсорг батальона при каждой встрече задавал один и тот же вопрос о Гуляеве, а так как мне нечего было ему сказать, то начинался длинный разговор о том, что является большой ошибкой с моей стороны недооценка важности роста комсомольских рядов.

И вот наступил момент, когда Гуляев, в сердцах, дал волю своим эмоциям.

— Ну, что ты пристал ко мне, прихвостень начальников. Ты думаешь, что, пресмыкаясь перед ними, сохранишь себе жизнь? Как бы не так! Как раз наоборот. Я давно заметил, что тебе чаще, чем другим, дают опасные задания.

Когда он произносил эту тираду, то всем своим видом и тоном показывал мне свое глубочайшее презрение. На его лице не трудно было прочитать выражение брезгливости. Ростом он был немного ниже меня, но в это время Гуляев ухитрился смотреть на меня сверху вниз. Мне пришлось проглотить обиду и сказать, как можно более спокойным тоном

— А, ты не подумал, что это происходит по другой причине?

— Интересно, по какой же? В этот раз в свои слова он вложил весь скепсис, на который был способен.

Тяжко вздохнув, начинаю свое грустное повествование.

— Дело в том, что перед тобой сын «врага народа». Такой ярлык мне приклеили в июле 37 года, когда был арестован и посажен мой отец.

В глазах Гуляева появилось искреннее любопытство. Он даже от нетерпения заерзал на месте и спросил.

— Кем же был твой отец? Поди, большим начальником. Ведь таких сажали тогда!

— Опять неверно! Мой отец был рядовым служащим. В то время, не имело значения, какой пост занимает человек. Надо было выполнять план по борьбе с врагами народа. Вот тебе мой рассказ.

Стараюсь говорить не спеша, взвешивая каждое слово. Мне было ясно, что от того, как будет изложена моя история, будут зависеть наши отношения в будущем. Ни в коем случае не следовало показать себя ущербным или еще каким-либо способом пытаться вызвать у него жалость. Мой рассказ начался так.

— Они приехали поздней ночью. Один в командирской форме с кубарями на петлицах. Другой рядовой с винтовкой и примкнутым штыком. Разбудили всю семью. Нас согнали в столовую и посадили тесной кучкой у стены.

Моя старшая сестра Надежда, студентка пединститута, довольно решительно потребовала, чтобы мне разрешили спать. Видно было, что обыскивающий колеблется, но сестра сказала, что мне нет и 12 лет и в таком возрасте ребенок должен спать. Обыскивающий согласился, но мне в это время стало ясно, что наступил трагический момент в жизни всей нашей семьи, поэтому от сна отказался.

Начался обыск. Перевернули все: постели, постельное белье из комода, матрасы, подушки, одеяла. Добрались и до буфета, выгребли всю посуду, перелистали все книги, простучали все стены, слазали в подвал, который мы называли подпол.

— А чего искали? Говорили об этом или нет?

— Ни одного слова! Особый интерес у них вызвали семейные фото, которых у нас было много. Среди них были фото жениха моей старшей сестры. Она попросила не трогать эти фотографии. На это обыскивающий сказал, что эти фото его особенно интересуют. Стало ясно, что он полный профан в своем деле.

— Ну и чего же нашли?

— А ничего!

— А потом, как?

— Отца забрали, то есть увезли, и мы получили его письмо из, так называемого, «Волголага», где он трудился на строительстве канала Москва — Волга. Термин «Волголаг» расшифровывается, как Волжский лагерь.

Через пару лет мы случайно узнали о том, что отец обморозился и умер. После ареста отца и пошла кличка «Сын врага народа», которая и поныне сопровождает меня всюду и, надо сказать, портит мне жизнь.

Страницы: 1 2 3 4 5

Смотрите также

Стили водных сооружений
Независимо от того, какой вид примет ваше водное сооружение, будь это тихий маленький ручеек, спрятавшийся в зарослях декоративных растений, или большой водопад, поражающий гостей своим великолепие ...

Гидравлический расчет группы теплообменных аппаратов.
Теплообменный аппарат представляет собой систему трубопроводов змеевиков, соединенных параллельно. ...

Эффективность системы управления
В современном мире в связи с усложнением технологии и возрастанием роли человеческого фактора в процессе производства все более актуальными становятся вопросы обеспечения безопасности труда человека ...