Вода в доме
Он знал, что девушка вряд ли вернется в пещеру, так как высота, к которой ей требовалось пробиваться, уже была окружена с трех сторон. Огнем горных пушек и минометов фашисты теснили партизан к обрывам над морем. Это был самый серьезный и решающий участок обороны. Высота прикрывала ущелье и тайные тропы, по которым партизаны просачивались в тыл фашистским цепям.
Восьмеркин решил разделить Катину участь.
– Разрешите, товарищ мичман, с автоматом сопровождать доктора.
– Это потом. На месте видней будет, кому сопровождать, – отмахнулся от него боцман. – А сейчас катером займитесь.
К вечеру на море поднялся ветер, пошел мелкий косой дождь. Рябая вода тяжело заворочалась, начала с глухим ревом биться о подножия скал.
Сквозь дождевую завесу видно было, как заливало и швыряло на вспененных волнах сторожевые фашистские катера. Но они не покидали своих позиций, а тенями скользили у неясной линии горизонта.
Ночью непогода разыгралась не на шутку. Фашистские катера исчезли, но и пещерные тоже не могли выйти в море: их у выхода разбило бы о камни.
Пришлось ждать перемены ветра. А ветер переменился лишь под утро. Но дождь не переставал.
– Попробуем проскочить, – сказал Клецко. – Дождь для таких дел – лучшая завеса. Пойдем на трофейном. Ежели с берега установлено наблюдение, то гитлеровцы примут нас за своих. Одевайтесь потеплей, Катя, и захватите автомат.
Если бы девушка хоть что-нибудь понимала в морском деле, то она бы восхитилась боцманским умением и сноровкой, с какими он вывел катер из низкого и узкого пещерного прохода на крутую волну. Но Кате стоило только уловить запах перегорелого бензина и почувствовать под собой шаткую палубу, как ее сразу начало мутить, и девушка потеряла интерес ко всему.
Ее не освежили ни дождь, ни ветер. Страдая от морской болезни, Катя забралась под брезент, положила голову на бухту пенькового троса и так сидела, скорчившись, весь путь.
Катер трясло, подбрасывало и кренило. Натужно завывая, он преодолевал любой швальный ветер, пробивался сквозь косматые полосы дождя, грудью разбивал в брызги летящие навстречу волны.
Но вот катер свернул в воды, защищенные высокими скалами. Качка уменьшилась. Шумел только дождь.
– Поднимайтесь, Катя. – Восьмеркин тронул ее за плечо. – Подходим к Отшельничьей.
Лицо его было мокрым от брызг.
Катя заметила белый огонек, мелькнувший под скалой. Катер пошел прямо на вспышку.
Шлюпка не вышла навстречу. На берегу в сером сумраке виднелась одинокая фигура Пунченка. Голова и правая рука у него были обмотаны тряпками.
«Ранен», – догадался Клецко.
– Промеривать глубину! – приказал он Восьмеркину.
Катер осторожно прошел несколько метров и уткнулся в песчаный грунт.
Восьмеркин спрыгнул в воду, подтянул легкое судно ближе к берегу и на руках перенес Катю на сушу.
Пунченок от большой потери крови едва держался на ногах.
– Чуть не окоченел… – сказал он изменившимся голосом. – Всю ночь пролежал один. Думал, умру и не увижу вас. Хорошо, что прибыли… Там беда.
Он опустился на землю. Восьмеркин помог ему подняться, дойти до Отшельничьей норы. В норе было суше и теплее.
При слабом свете фонарика Катя размотала на голове Пунченка влажные тряпки, но ничего разглядеть не смогла: окровавленные волосы коркой запеклись на ране. Промыть их в этой грязной норе было нельзя. Девушка просто наложила свежую повязку и помазала йодом перебитую выше локтя руку.
– Где вас так?
– По пути, – ответил Пунченок. – Я трех раненых проводил сюда. Перевязывать некому. Нас одной миной накрыло… Те – мертвые, а я едва доплелся. Мне вас приказано доставить.
Законы ландшафтного дизайна
Эта глава поможет вам правильно сориентироваться на вашем участке, расскажет,
какими правилами необходимо руководствоваться, чтобы участок не заполнился хаотично
разбросанными предметами, не тольк ...
Отопление и вентиляция
Современные благоустроенные ванная комната и санузел должны быть не только удобными,
красивыми, но и теплыми, с хорошо налаженной системой вентиляции. ...